|
Мой надорванный голос грешит тишиной и цитатами,
очень часто – твоими. Скрываю единственным козырем
и боюсь потерять, что давно непривычно. Когда-то мы
не успели друг к другу, не тех залюбили до одури –
потому я с другой обвенчалась в осеннем апреле, а,
дожидаясь, спасалась минутной в больной неизбежности:
целовала её, как тебя целовать не осмелилась.
Казанова раздавлен забытыми латами нежности.
|
